вторник, 15 февраля 2011 г.

Лучики


Когда-то, очень-очень давно солнышко было еще теплее, и веселее, чем сейчас. Оно грело все живое круглые сутки, да и понятия «сутки» не существовало. Оно обнимало и целовало всех своими нежными, ласковыми лучиками, которых у него было намного больше, чем сейчас. И все любили солнышко за спокойствие, тепло и любовь, которое оно дарило всем.
Но однажды, в самый обыкновенный день, когда время двигалось к 11 часам, налетел сильный, резкий и дико холодный ветер. Он стал сдувать солнышко, он пытался закрыть его тучами, тяжелыми, дождевыми тучами.…Но каждый раз, солнышко выигрывало. Ветер прилетал почти каждый день, но гонимый радостью, которую дарило солнце, улетал.… Тогда ветер задумался…
Кто же может побороть солнце, кто похож на него, кто же сможет прекратить это чрезмерное чувство счастья и отрешенности, которые так ненавидел ветер? Он любил создавать проблемы, рушить дома, портить настроение, крушить надежды… Его никто не любил и никто не ждал, в отличие от солнышка. Ветер никак не мог понять, почему никто не разделяет его интересов и чувств?
Он решил отомстить, и придумал по истине безумный и коварный план. Ветер налетел на солнце и стал дуть изо всех сил. В это время с другой стороны неба вылезла луна. Такая же круглая как солнце, но бледная, бесчувственная, жестокая и холодная. Она стала толкать солнце, помогая ветру. Это было подло, и нечестно. Солнце стало понимать, что сопротивляться бесполезно, и предложило сделку ветру и луне, что будет день и ночь, будет не только солнечная, но и дождливая и хмурая погода. Ветер и луна были безумно рады, что они добились такого успеха, и перестали держать солнышко.
В этот момент оно пошло на хитрость. Солнце скинуло все свои лучики… Половина лучей попала не небо и превратилась в блистающие и прекрасные, хотя острые и холодные звезды. А половине оно отдало все свое тепло и нежность, ласку и любовь. Оно наполнило их добротой и скинуло на землю, где они превратились в людей, и раскидало по всему земному шару. Такие люди живут среди нас, они, сами того не осознавая, дарят нам тепло, спокойствие… Но найти такого человека очень трудно. Они как птички, с подбитыми крыльями… Ими столько раз пользовались в корыстных целях. Эти лучики, открываются только тому, кто действительно любит их. Вот тогда то мы и чувствуем всю полноту их души. Они прекрасные люди, и таких найти слишком трудно, да и не все находят…
Но, к сожалению, все-таки раз в сутки мы прощаемся с солнцем, часто идут дожди, дует резкий ветер. Да и солнце не имеет больше лучей, которые могли бы греть всех. Но все же ночью светят звезды, а после дождя появляется радуга, и яркие лучики, все-таки живут среди нас…

Мотылек и камушек


У меня есть дружок, один знакомый – Мотылек с большими глазами. Для посторонних он ничем не отличался ото всех, как и другие, со своими ошибками и со своими странностями.
Когда-то давным-давно жил Мотылек самой обычной жизнью: где-то летал, а где-то бежал ножками, падал, потирал ушибленные коленочки и опять бежал или летел. В общем жил, как все: над чем-то смеялся, чему-то удивлялся, на что-то обижался – одним словом, жил, не жаловался. Да и жаловаться не на что, да и некому. Вот как-то раз он бежал так (или летел) да споткнулся о камешек, и...
На первый взгляд камень был совсем обычный – серенький, кругленький, величиной с ладошку – но было написано на нем одно волшебное слово, поэтому и камешек был волшебным. Самое удивительное, что слышали об этой находке Мотылька многие, даже все. Одни верили, что он где-то есть, другие искали его изо всех сил, но часто принимали за волшебный камешек какие-то другие, более яркие и красивые камни. А Мотылек об него споткнулся, может, случайно, а может, и нет, ведь это неважно. Важно, что камешек был волшебным, а кто кого нашел – он Мотылька или Мотылек его – это уже пустяки. Взял Мотылек волшебный камешек с собой, повесил его на шейку как талисман и полетел дальше.
Но с талисманом все уже было совсем не так, как раньше. Много-много разных тайн нашептал камешек Мотыльку, много секретов ему открыл, каких не знал Мотылек раньше. Но было у него и еще одно свойство: летать с этим камешком было уже гораздо тяжелее (хотя сначала Мотылек об этом не знал), но и без него уже совсем невозможно. Мотыльку очень хотелось лететь, а не бежать ножками после того, как он нашел свое чудо. Вот он и летел. Кто-то говорил: "Глупый, брось, ведь это просто булыжник, чудес не бывает, а ты найдешь себе другой, полегче!" Но волшебный камешек нельзя бросить, его можно только потерять. А кто-то делал ставки: упадет – не упадет. А ведь ты знаешь, падать – это больно.
Если ты встретишь Мотылька, не спрашивай его об одном: о том слове, что было написано на чудесной находке. Только споткнувшись о СВОЙ камешек, это слово станет для тебя волшебным. И эта волшебная история будет рассказываться другому и, может быть, она будет о тебе.

Человек, который видел любовь


Он потерял счет дням, месяцам... Для него жизнь была вечностью, а все вокруг лишь бесконечным забывающимся пейзажем. Он не знал ненависти, не понимал, что такое жестокость, живя в себе и не думая о том, что было чуждо его хрупкому сердцу.
Никто не знал, кто он и почему его черты лица всегда были светлы и безмятежны. Но его мысли были далеко от посторонних взглядов.
Он видел любовь, ее живое воплощение, слегка уловимое, туманное, такое разное и прохладное, как летний ветерок. Люди думали, что чувство их обитает в сердце, лишь изредка показываясь, выглядывая на солнце. Но он-то знал, что любовь всю их жизнь была рядом, да, рядом, шла за ними, положив свою ладонь на их теплые, согретые ею руки.
А он, изредка глядя на прохожих, погруженных в свои мысли людей, лишь улыбался великолепию призрачного силуэта, парящего рядом с ними. Он тоже был влюблен... Но любовь эта была платонической, невозможной - нет, не безответной, но обреченной на то, чтобы никогда не приобрести физический смысл, образ, материальный, но уже не столь возвышенный, а земной. Он был влюблен в свою любовь...
Она пришла к нему однажды и с тех пор не покидала... Они всегда были вместе: и в пасмурный суровый день, и в шумный дождливый вечер, когда, укрывшись в теплой гостиной от людских забот, он смешил ее, и она заливалась звонким, понятным только ему смехом. А когда светило солнце, согревая своими лучами погруженных в суету людей, они сидели молча, ласково и беззаботно улыбаясь друг другу. В эти минуты, казалось, жизнь была чем-то волшебным, безумно красивым и столь сентиментальным. Но ему не хватало... ощущений более реальных, более земных.
Так проходило время...
Однажды он проснулся и подошел к окну, мечтательно глядя куда-то вдаль... думая, что она прячется где-то за его спиной... улыбаясь мыслям о том, как оглянется и увидит ее игривую улыбку.
Но то, что он обнаружил под окном, сильно обеспокоило его, поселив в душе страх за то, чего может никогда не повториться. Люди, на которых он смотрел когда-то, словно на что-то светлое, полное чувств, жизни, тепла... они изменились... они одиноко бродили по улице. На лицах многих из них были даже улыбки и восторг, но... все это казалось таким далеким, неестественным без еле уловимых парящих в воздухе силуэтов чувств.
Страх постепенно переполнял все его существо, но было в нем еще что-то... доносящееся откуда-то из глубины понимание... ожидание. Он даже не удивился, услышав за спиной еле слышный шорох, потом послышались приближающиеся размеренные шаги, и, медленно оглянувшись, он увидел ее... улыбающуюся, но не безмятежно, а задумчиво, немного печально... Она была рядом, теплая и реальная.

Кусочек разбитого сердца


Для многих работа – это необходимость. Для иных – радость. Для нее она была наказанием… Конечно, никто ее не наказывал, но именно так она рассматривала свои обязанности… Ежедневные утомительные, скучные и однообразные обязанности…
Но ведь ангелы не выбирают себе занятие… И ничегошеньки она не могла изменить… Так и собирала с утра до вечера осколки разбитых сердец по всему свету… 
Вечером она возвращалась и, строго по описи, передавала их на реставрацию. В мастерской Вера, Надежда и Любовь собирали сердца по малюсеньким кусочкам… Надежда подбирала осколки друг к другу, Вера складывала их вместе, а затем происходило настоящее таинство – Любовь своим дыханием оживляла его и заставляла трепетать… Ну почему бы ей не работать в этой мастерской, где ежедневно творятся такие чудеса? Однажды она спросила у Счастья, почему оно никогда не переступает порог реставрационной мастерской. Счастье фыркнуло в ответ: «Счастье и разбитое сердце? Какая нелепость!» Она чувствовала себя такой неприкаянной теми ночами, когда из сотен собранных ею кусочков, забившиеся сердца наполняли своим стуком всю небесную лабораторию.


Но очень много осколков не складывались в сердца… То, что можно было соединить – складывали и хранили в архиве… Там стояло множество баночек, шкатулочек, коробочек… 
Где-то не хватало всего одного кусочка, а где-то лежал всего один маленький осколок… Десятки разбитых, и не собранных сердец ждали там, на полках… Ждали, что когда-то она найдет недостающие кусочки… И Любовь вдохнет в них новую жизнь. 


Только одно маленькое утешение находила она в своей работе: возможность прилететь хоть на несколько мгновений, и присесть на подоконник к одному удивительному художнику. И посмотреть, как он пишет свои картины… На всех его картинах одна и та же девушка…Небесной красоты…Её черты лица настолько прозрачны, что кажется, ее можно сдуть с холста… 


Она прилетела ночью. Неслышно забралась на окно. Он не повернув головы, спросил: 
- Это ты? Привет… 
- Откуда ты всегда знаешь, что это я?
- Чувствую… 
- Люди не могут чувствовать ангелов. Ой, твоя картина почти закончена… 
- Я нарисую еще одну… 
- И опять эту девушку? 
- Да. 
- Почему? 
- Она унесла с собой кусочек моего сердца… 
- Если в твоем сердце не хватает кусочка, ты никогда не сможешь никого полюбить! 
- И что об этом знают ангелы, малышка? На что мне любовь? Пусть так, зато я рисую ее… Каждый день… Это мой кусочек сердца в ее руках передает мне образы.
Она вздохнула и неслышно соскользнула с подоконника, растворившись в лунной дорожке, убегающей в ночь… 
Выходит, вот почему некоторым сердцам так и не хватает кусочков, как не ищи! Люди сами раздают их налево и направо! Она сердилась. Вся ее работа, ну, или часть работы, совсем не имеет смысла, если тысячи коробочек, шкатулочек и баночек в архиве так никогда не оживут! Как можно так относиться к своему сердцу, к своей жизни!
Она вернулась в лабораторию очень расстроенной. Мимо проходила Любовь. 
- Любовь, скажи, ты знаешь, почему некоторые сердца так и не собираются целиком? 
- Конечно милая, но ты мала, и тебе совсем не надо об этом думать. 
- Нет, расскажи мне. 
- Это осколки от сердец, которые продолжают жить в груди людей. Они не могут любить, но они живы…
- А если мы их вернем на Землю? 
- Ты что! Не смей даже думать об этом! Они-то, конечно, по стуку рано или поздно сами найдут свои сердца, но, во-первых, неизвестно, сможет ли такое сердце само, без моей помощи, полюбить вновь, во-вторых, эти сердца остаются в счастливом неведении, что любимые ими когда-то люди выкинули их частички, как ненужный сор, и они могут совсем остановиться, когда узнают про это. И третье, самое основное: того, кто это сделает, ждет страшная кара… Его низвергнут, потому что на такие действия необходимо получить предварительное разрешение. Поэтому никогда, ты слышишь, никогда не вздумай вынести из хранилища хоть один малюсенький осколочек сердца. 


Следующей ночью она вновь оказалась на подоконнике, и после следующей тоже. Только света в комнате не было. Одинокий мольберт представлял на обозрение прекрасное одухотворенное лицо… Ангелы ведь видят и в темноте… Она села на подоконник.


- Привет! Я ждал тебя. 
- Ой, ты здесь? Почему темно в комнате? Почему ты больше не пишешь? 
- Я перестал ее видеть. Совсем.
- Ты сидишь в темноте… 
- Я ждал тебя. Ты была права. Она просто выбросила часть моего сердца, не надо было этого делать.
- Тебе больно? 
- Нет, мне грустно. 
Они помолчали. И вдруг он сказал: «Ты похожа на нее». И отвернулся к стене. 
Ей совсем не хотелось быть похожей на женщину, так безжалостно бросившую любящий кусочек сердца. Ей совсем не хотелось быть даже просто похожей на женщину… Или хотелось? 
В лаборатории было тихо. И баночки, шкатулочки, коробочки открывались с гулким стуком. Она вытряхивала их содержимое прямо вниз, за Землю, не разбираясь, один там кусочек или несколько… Жгучие слезы текли по ее щекам, но ведь ангелы не умеют плакать… 
«И эта тоже… Как и все остальные, - подумал Бог печально,– Может быть, надо ставить на эту работу не ангела?» 
Разверзшиеся небеса зябко поежились, когда перья ее белоснежных крыльев посыпались на землю первым снегом… 
Звонок прозвучал в квартире, как выстрел. Гулкие, приближающиеся шаги рассеивали искорки страха.
- Привет! Я ждал тебя. 
- Меня? 
- Конечно тебя, мой ангел! 
- А почему на мольберте чистый холст?
- Потому что теперь мы будем рисовать на нем вместе. Нашу новую жизнь.
- Ты разве знал, что я приду? 
- Конечно, знал… И я принял тебя даже без этого кусочка моего сердца, который ты держишь в руках.
- Я люблю тебя. 
А говорят, что любви учатся долгие годы… Нет, ей можно научиться за одно мгновение. За один стук сердца. Особенно, если его кусочек у тебя в ладошках.